Назад
Гаджи Гаджиев в Сочи. Уже в феврале.

Гаджи Гаджиев в Сочи. Уже в феврале.

19/01/2020
Гаджи Гаджиев в Сочи. Уже в феврале.

Гаджи Гаджиев в Сочи. Уже в феврале.

Гаджи Гаджиев: Желание тренировать у меня никогда не пройдёт.

Заслуженный тренер России, олимпийский чемпион 1988 года в Сеуле Гаджи Гаджиев в преддверии семинара для тренеров и просмотра молодых футболистов, которые пройдут в Сочи, рассказал о своей нынешней деятельности, а также поделился мнением насчёт видения и проблем отечественного футбола.

  

 — Гаджи Муслимович, чем вы сейчас занимаетесь?

— Вся моя жизнь в футболе. Этот вид спорта дал мне много. Пришло время мне кое-что возвращать. А как я могу это сделать? Наверное, делиться знаниями в подготовке тренеров. Ещё, оказывать поддержку в организационных вопросах. Могу встречаться с руководителями и продвигать футбольные вопросы. Например, сейчас в Дагестане одна из главных задач — соединить усилия разных структур и ведомств в одном направлении. Когда объединяешь силы, надо понимать, что личные интересы, амбиции должны быть на втором месте. Прежде всего надо учитывать интересы футбола. Для многих, особенно для тех, кто смотрит со стороны, это просто слова, а не работа. Мне приходится ходить по разным структурам, разговаривать с разными людьми. Есть республиканские Министерство спорта, Министерство просвещения, руководство, какие-то частные структуры. Есть головная наша структура — Российский футбольный союз. Усилия всех этих сторон должны быть объединены. На сегодняшний день, к сожалению, этого не произошло. Иногда моя работа связана с подготовкой документов, знанием элементарных законов. Если федерации на местах не будут работать, не будут иметь больше ресурса и больше полномочий, нам будет тяжело поднять российский футбол. Именно на эту тему я беседовал недавно с Александром Дюковым (президент Российского футбольного союза — прим.). Он со мной согласился.


— С лета 2019 года вы стали одним из учредителей и президентом клуба «Махачкала», выступающего в зоне «Юг» ПФЛ. Почему решили переключиться с тренерской деятельности на административную работу?

— Если говорить о клубе «Махачкала», то какого-то планового решения его создавать не было. А вот тренерские кадры мы планировали готовить. Собирались создать региональный центр по подготовке футбольных наставников. В Дагестане их сформировалась достаточно большая группа. Всё-таки проект «Анжи» оставил позитивное наследие. Нам надо поднимать уровень наших тренеров, а также их коллег с соседних регионов. Изначально мы планировали создать именно тренерскую школу. Но у «Анжи» резко ухудшилось финансовое положение. Президент клуба начал говорить, что в связи с этим закроется академия. Да и клуб, скорее всего, банкрот. Ведь долги большие. В связи с этим было принято решение создать команду второй лиги, чтобы мальчишки имели возможность продолжать заниматься любимым видом спорта. Конечно, на нас легла финансовая нагрузка. Люди, которые взялись тянуть «Махачкалу» не бизнесмены и вообще не очень состоятельные лица. Но посчитали, что дело важное и создали команду. По истечению времени, я считаю, решение было правильным. В «Махачкале» играют мальчишки, которые оказались не нужны ни «Анжи», ни «Легиону». И выступают вполне достойно. Это говорит о том, что достаточно большой контингент футболистов не используется полностью и ещё никто не знает, каковы его возможности. Кстати, это напоминает ситуацию, когда в 1999 году мы собрали команду «Анжи». После отбора у нас остались футболисты по 24-25 лет. Был 29-летний Арсен Акаев. Вроде бы они были бесперспективными. В конечном итоге эти ребята заиграли в премьер-лиге, дошли до финала Кубка России. Поэтому нельзя сказать однозначно, что команда «Махачкала» лишняя. Ещё неизвестно кто каким обладает потенциалом. Кстати, в республиканском центре порядка 80 команд, участвующих в любительских турнирах в форматах 7x7, 8x8.

 

— Работа тренером вам по-прежнему интересна или вы уже вышли на президентский уровень?

— Мне кажется, что любовь к тренерскому искусству не проходит ни у кого из специалистов. Думаю, если сейчас спросить у Олега Романцева, Валерия Газзаева, которые давно уже не тренируют, не сомневаюсь, что они скажут, что им хочется тренировать. Я же с ними общаюсь, слышу их разговоры об игре, о футболистах. Другое дело, есть противоречие между тренерами и руководителями. Почему раньше закончил Романцев? Если бы он оставался и президентом, и главным наставником, может быть и до сих пор работал бы в «Спартаке». А к этим противоречиям, которые, кстати, объективны, а не надуманы, многие наши тренеры оказались неготовы. Для большинства переход от нашего, социалистического, футбола к капиталистическому дался нелегко. Но это уже другая тема, которой, может, не стоит касаться. Возвращаясь к вашему вопросу, скажу, что желание тренировать, как мне кажется, у меня никогда не пройдёт. Если, конечно, позволяет здоровье. Ещё мне доставляло удовольствие и радость подготовка тренеров. Когда я с одной стороны в игре, но большую часть обязанностей делегирую своим молодым помощникам. Помогаю им, направляю. Так было с Вадимом Евсеевым и Андреем Корякой в «Амкаре». Они вели тренировки, а я уже проводил с ними небольшие семинары. В основном их тема касалась базовых законов, которые нельзя нарушать. В любой сфере деятельности есть такие принципы. Иногда эти базовые вещи кажутся очевидными, но если нет хорошего опыта и образования, то их можно не понимать или даже не видеть. Например, возьмём адаптацию организма к нагрузкам. Мы можем не знать какие процессы происходят в организме, но мы должны знать какой тренировочный эффект вызовут те или иные упражнения.

image_news1472345734.jpg  

— Какие действующие тренеры вам сейчас по-профессиональному интересны? 

— Наша страна всегда была творческой, но очень плохо организованной. В этом отношении мы всё время проигрывали, в том числе и в футболе. Работа тренера — творческая. Наши наставники всегда были специалистами хорошего уровня. Я говорю даже не о моём поколении, а о более старших специалистах. Сейчас у нас тоже есть таланты. Не случайно в российском чемпионате проявило себя мало зарубежных наставников. Из ста их можно насчитать 5. Мне интересен Виктор Гончаренко. Хотя он и белорус, я считаю его нашим тренером. Сергей Семак — наставник с хорошим потенциалом. Леонид Слуцкий, Курбан Бердыев. Нельзя не выделить Юрия Павловича Сёмина. Есть научные открытие, которые говорят, что максимальная производительность нашего мозга наступает после 60 лет жизни и длиться до 80-90 лет. Но использовать этот человеческий ресурс далеко не каждому удаётся. Это под силу тем, кто всё время себя спрашивает: «что я ещё не сделал, чего не узнал? Как мне двигаться дальше?» Работа тренера — постоянный поиск. Никогда не будет найдено совершенной тренировочной модели, разыскав которую не надо будет дальше двигаться. В этом смысле Юрий Павлович относится к той категории специалистов, которые не становятся костными, он всё время находится в движении. Я могу говорить это с уверенностью, потому что достаточно часто с ним общаюсь. Он всё время задаёт себе вопросы, как продвигаться дальше. Считаю, что заметно добавил Валерий Карпин. Особенно, если сравнивать то, что он делал в прошлом и то, что делает сейчас после паузы в тренерской работе. Карпин всё время двигается, не стоит на месте. Из зарубежных тренеров интересны те, кто выигрывает сейчас турниры. Безусловно, Юрген Клопп. Как не отметить Хосепа Гвардиолу? Все самые интересные тренеры на виду и на слуху. Тут я ничего нового вам не открою. В своё время я активно следил за Алексом Фергюсоном.

 

— Недавно вышла ваша книга «Простая сложная игра». О чём она? Почему вы решили её написать?

— Предложений написать книгу поступало ко мне немало. Но получилось написать лишь одну. Начинал её делать Константин Столбовский лет 8-9 назад. А потом, то одно, то другое, то третье, в жизни всякое бывает. В итоге Павел Алёшин, спасибо ему большое, завершил. Мы совершенно не планировали писать что-то связанное с автобиографией. Ни мне, ни журналистам этого не хотелось. Но всё равно какую-то автобиографическую часть всё же включили, то, что касается начала моего пути. Я не знаю, насколько это будет интересно. Мне казалось, что это никому не надо. Но оба помощника настаивали на том, что надо рассказать, почему я стал тренером. В целом же хотелось говорить о футболе, изложить свои взгляды на подготовку, на игру, на проблемы, которые с моей точки зрения мешают тренеру в работе. Попытался затронуть организационные вопросы, межличностные интересы. У меня часто такое бывало, когда личное ставилось выше интересов клуба. Я не всегда мог сдерживать свои эмоции, может быть надо было это сделать. Хотелось изложить свою точку зрения на то, что такое наш, российский, футбол. Хотелось сказать тёплые слова в адрес моих учителей, тех, кто преподавал в высшей школе тренеров, у которых я набирался опыта: Гавриилу Качалину, Олегу Базилевичу, Валерию Лобановскому, Анатолию Бышовцу. Я хорошо знаю их взгляды на футбол, понимание, что такое игра. Книгу того же Гарвиила Дмитриевича Качалина, который вёл лекции в высшей школе тренеров, я читал почти 60-лет назад, знал её наизусть. Всем этим людям, а также тем, кто помогал мне писать диссертацию, хотелось сказать в моей книге спасибо. Очень рад, что она вышла.

dtMvHyUUggU.jpg  

— В феврале вы выступите на семинаре для тренеров в Сочи. О чём собираетесь на нём говорить?

— В первую очередь я буду делиться своим личным опытом. Я относительно неплохо знаю, как вывести на новый уровень игрока. Ещё раз скажу, когда я пришёл в первый раз в «Анжи» там была большая группа невостребованных игроков. Они играли во второй лиге. Это были местные ребята. Через полтора-два года они получили право выступать в Кубке УЕФА. Таких примеров у меня хватает. Были такие ребята и когда я тренировал «Крылья Советов»: Александр Анюков, Денис Колодин. В «Амкаре» — Георгий Джикия. Хоккейный тренер Анатолий Тарасов, которого я высоко ценю прежде всего как психолога, говорил: «Основная задача наставника — не только успешное выступление команды, но и подготовка игроков высокого класса». Тарасову было легче, потому что он имел возможность собирать в своих коллективах наиболее талантливых ребят. Задача тренера состоит в том, чтобы каждый игрок достиг своего максимума или хотя бы к нему приблизился. Раскрыть способности футболистов. Это достаточно сложно. Об этом, думаю, будет интересно послушать тренерам в Сочи. Это будет основная тема в первый день семинара. На второй день будет проходить просмотр молодёжи в сочинский «дубль». На 3 день будет анализ игр. Это основа для планирования тренировочного процесса. Об этом мы тоже будем говорить.

 

— Также вы будете принимать участие в семинаре Sochi Try Out — просмотр футболистов 2001-2003 года рождения для молодёжного состава «Сочи». Что будете прежде всего оценивать в молодых ребятах?

 — В моей практике было несколько случаев, когда я говорил футболистам: «Извините, но я вам не могу помочь». Иногда такое приходилось говорить тем, у кого были способности, но они не могли проявить их на поле. Часто это случается тогда, когда у футболистов сложилось неверное представление о том, что такое игра. Например, игрок пытается добежать от своих ворот до ворот соперника, жонглируя мячом. Ему кажется, что он непременно сейчас добежит. Но там есть соперник, у которого надо выиграть борьбу, быстрее и лучше которого надо мыслить. Игра требует проявления бо́льших качеств, не только хорошей кординации и владения мячом.


— Какая на ваш взгляд главная проблема в отечественном футболе?

— Прежде всего финансирование, потом организация и правильное представление об игре. С точки зрения организации надо развивать футбол в регионах. Надо серьёзно работать с федерациями на местах. У них, как я уже говорил, мало полномочий и небольшой ресурс. С финансированием у нас везде проблемы. Федерации нищие. Клубы тоже не выдерживают финансовой нагрузки. Вспомните «Анжи», «Тосно», «Амкар» — это только те, кто на слуху. Махачкалинцы находятся сейчас в сильном финансовом кризисе. Будет ли «Анжи» банкротом или нет — неизвестно. Слабое финансирование многих клубов заметно снижает конкуренцию в премьер-лиге. Когда у одной команды бюджет в 20 раз больше, чем у другой, уровень сопротивления в турнире заведомо низкий. Мы постоянно слышим, что наш чемпионат имеет слабую конкуренцию, поэтому мы и вылетает рано из еврокубков. Что касается понимания самого футбола, то здесь мы тоже периодически заблуждаемся. У нас был хороший футбол. Как говорили наши учителя: «Наш советский футбол мы должны строить на хорошей физической готовности». Качалин отмечал, что у нас должен быть комбинационный футбол с нагнетательным темпом. Сегодня мы слышим от Дюкова, что наши футболисты должны выдерживать высокий темп от начала и до конца. Мы порой шарахаемся в разные стороны. Нам кажется, что мы сможем жонглировать мячом, как бразильцы, что мы должны всё время атаковать. Мы «режем» футбол. «Отрезали» оборону от атаки. Говорим, что должны бежать всё время вперёд, даже если пропустили 9 мячей. Анализируем и подходим к игре неправильно. А оборона и атака — единое целое. 

gadzhi-gadzhiev_1520195089238209865.jpg